October 22nd, 2012

Без картинок

Полет из Москвы.
- Мне томатный сок, фанту и сосиски.
- Мне тоже. *на ушко* я не Павел Дуров.
Просто совпало? Или нет. Но чего не отнять у обоих, так это вкуса к жизни и умения наслаждаться моментом.

Перед полетом домой купила известный глянцевый журнал для девочек. Во время прочтения меня не покидало ощущение, что я сейчас не читатель, а жилетка для слез незнакомца, у которого в жизни происходят измены, в голове вьются мысли о том, почему ему не пишет и не звонит подруга, а еще избыточный вес, не тот гардероб и вообще экзистенциальный кризис. Приехала домой, как следует помылась. Стирала с себя мочалкой и мылом все то, чем я коротала время в полете.

Рядом со мной сидел мужчина и от него пахло лыжной мазью. Это был не Вассерман, у него не было машины времени. Просто пахло. И мне нравился этот запах. На посадку он уступил мне место у иллюминатора. Я видела черный квадрат Измайловского парка, прямые Владимирские и Парковые улицы. И очередь самолетов на посадку.

После приземления, на последних двух процентах батареи телефона, я читала пост моего творческого гения. Читала не отрываясь, от выхода из самолета до того момента, когда я поняла, что выдача багажа происходит не этом месте, где я стою. Заблудилась, увлеклась.

Когда узнала новость о том, что с творческим гением мы больше не будем пересекаться на работе, я обрадовалась за него и расстроилась за себя. Я сама появляюсь в офисе не часто из-за командировок, но ведь тут как с лучшим другом, он всегда рядом, поэтому ты просто живешь осознанием возможности встречи в любое время. Но у него есть ЖЖ, он часто пишет, поэтому он будет рядом со мной.

Прошлое и настоящее моего любимого парка

Любимый мой вовсе не Парк Горького. Его я тоже люблю, но не за то, что это приятное место отдыха, а за то, что он стал рупором пропаганды здорового и активного образа жизни.

Любимый и родной для меня Кузьминский парк. В больнице около большого пруда родилась моя мама. А жила она в домике около церкви, я его покажу. В детстве я каталась с горок на покрышках, кормила уточек, ходила на деревянных лыжах. Смотрела на огонь нефтеперерабатывающего завода и боялась. Потому что в детских страшных снах горела ножка моей кровати. Но я всегда лучше всех разжигала костер до небес из сырых веточек.

Я помню Кузьминки в полном упадке. Когда рушилось все на глазах. По дорожкам ветер гонял мусор.
Москва взялась за парки! Именно в Кузьминках еще работы очень много: та же больница, оранжереи. Но и очень много сделано: привели в порядок усадьбу, храм, конюшни, домик у плотины. Появился прокат велосипедов. По всему парку стоят урны для сортировки отходов. И пускай их собирают в один кузов, но лично я бросаю бумажку к бумажкам, бутылочку к пластику.

Вчера мы встретились с бабушкой и дедушкой. Гуляли вдоль пруда, Максича играл на гармони прямо на ходу. Мы дуэтом пели казачью песню и куплеты про ветку сирени. Наблюдала за реакцией людей. Чаще видела удивление. Было слышно треск, так рвался шаблон. Но многие оборачивались, улыбались. Я чувствовала себя очень гордой за своего мужа.

Зимой сюда можно приехать с лыжами. Или снова наворачивать круги вокруг замерзшей воды, кормить уточек и смотреть вдаль на огонь нефтеперерабатывающего завода. 



Collapse )